Сколько стоят честь и достоинство российской науки?

Опубликовано: 29.01.2024

Научное знание является тем чернозёмом, на котором растёт экономический, политический и социальный прогресс общества.

Идеи, рождённые в научно-исследовательских лабораториях и головах одержимых поисками знаний учёных, профессоров, аспирантов и студентов, ведут к революциям в индустриальных технологиях, политической организации общества, продолжительности и качестве жизни людей.

Многие вещи, ставшие неотъемлемой частью нашего повседневного быта— мобильные телефоны, имплантируемые стимуляторы мозга и сердца, роботы-хирурги, интернет, биоматериалы— показались бы чудом нашим дедам и прадедам. Однако это чудо стало реальностью благодаря вполне конкретным статьям и докладам учёных и инженеров, опубликованным в научных журналах, принадлежащих различным научным сообществам физиков, биологов, химиков, кардиологов….

Из этих научных статей и докладов вырастают патенты, инновационные компании и чудесные технологии, которые неузнаваемо меняют весь мир и жизнь людей.

Здоровое научное сообщество обеспечивает здоровый процесс производства знаний через профессиональную экспертную оценку статей и грантов, присылаемых на рецензию, и через ссылки на уже опубликованные статьи, как признание их значения в последующем развитии научной мысли.

Именно научное сообщество является высшей инстанцией, оценивающей идеи и знания, которые производятся его членами— учёными. Именно институты научного сообщества— академии и научные ассоциации, научные журналы и фонды определяют, какие идеи выживут и откроют новые направления, а какие окажутся хоть и нужными, но всё же однодневками.

А в наиболее критических случаях эти же институты определяют и наказывают случаи научного плагиата, подделки данных и научного невежества. Такие случаи, увы, происходят во многих странах. Здоровье и жизнеспособность научного сообщества проявляется именно в том, как это сообщество разрешает такие конфликтные ситуации.

Так, почти 10 лет назад молодой австрийский физик Ян Хендрик Шён, работавший в знаменитой Bell Labs в США, умудрился за пару лет опубликовать два десятка статей в самых престижных журналах— Science, Nature и Physics Review, которые были основаны на подделанных им данных. Это привело к закрытию одной из самых престижных частных научных лабораторий США— Bell Labs, и к значительным изменениям в процессе рецензирования и публикации статей во многих журналах США и Европы. Такие кризисы делают здоровое научное сообщество сильнее, а нездоровое они могут значительно ослабить.

Российское научное сообщество переживает, по-видимому, самый драматический момент в своей более чем 300-летней истории. Утечка мозгов, резкое снижение финансирования и престижности науки в России, коррупция и самоизоляция от мировой науки привели к значительному снижению качества принятия решений и качества кадров в ведущих институтах российской науки— РАН, РАМН и университетах.

Многочисленные внешние удары и внутренние конфликты расшатали когда-то устойчивое академическое сообщество, которое благодаря личному мужеству отдельных его членов не отдало Ландау, Сахарова и других интеллектуальных лидеров науки коммунистическому режиму, требовавшего их крови. Увы, многих жертв лысенковщины и других кампаний коммунистов не удалось спасти. Но именно эти факты отчаянной смелости и мужества моральных лидеров академии в годы правления коммунистов стали той силой, которая привлекла моё поколение в науку и которая останется на все века примером героизма и гражданского мужества в истории российской академии.

Жестокость ушедших в прошлое времён мало отличается от жестокости настоящего. И мужество вновь востребовано в академическом сообществе России. Современное перевоплощение лысенковщины, наиболее отчётливо представленное в деятельности «изобретателя-самоучки» Петрика и его покровителей, мало отличается от её исторического прообраза 1930–50 годов: те же псевдо-научные тирады с политических трибун, те же соркестрированные позорные собрания «научной общественности», поющей дифирамбы малограмотному «Леонардо наших дней», и те же громогласные, со страниц газет и экранов ТВ, обещания молочных рек и кисельных берегов в обмен на миллиардное финансирование.

Рядовые граждане легко верят в мошеннические обещания скорого решения их по настоящему острых проблем, обманутые блеском псевдо-титулов расплодившихся как тараканы «академий».

Политическое сообщество не имеет собственной экспертизы для оценки научной состоятельности обещаний чуда. Или даже финансово вовлечено в это «чудо». А научное сообщество не только не имеет мужества предоставить такую экспертную оценку, но и на высоком уровне вице-президента РАН принимает участие в позорных славословиях «гения-самоучки». Невразумительное заключение Российской Академии наук указывает именно на отсутствие мужества у её руководства, которое не смогло выполнить роль высшего научного эксперта России: «Деятельность г-на В.И. Петрика лежит не в сфере науки, а в сфере бизнеса и изобретательства».

Однако ряд членов РАН не стали мириться с тем, что официальная Академия добровольно сняла с себя обязанность научного эксперта страны, и выразились вполне недвусмысленно по поводу «антинаучного» и «мошеннического» характера «изобретений» Петрика. Эти мужественные учёные мирового уровня— К.В. Дукельский, E.Б. Александров, Э.П. Кругляков, B.E. Захаров, Н.А. Ахаян— стали ответчиками по иску Петрика о защите чести и достоинства, принятого к рассмотрению Кировским районным судом Санкт Петербурга. Истец требует компенсации за нанесённый «моральный ущерб» по 1 656 103 790 рублей (более миллиарда рублей) с каждого ответчика!5